Александра Кожевникова работает в Everland уже 10 лет. Она начинала обычным стажером, а сейчас занимает должность проектного менеджера, который курирует «Эстафету успешности», «Школы координаторов и менеджеров инклюзивных проектов» и многие другие проекты Everland. Мы поговорили с Александрой о ее профессиональном пути, об особенностях работы над инклюзивными проектами и о том, какие качества и установки помогают добиться успехов в любом начинании.
Александра, как начался ваш путь в профессию?
Мой путь начался с мелких подработок. Чем я только не занималась: писала гороскопы в женские журналы, готовила тексты для туристического портала, работала диспетчером в такси и даже обзванивала респондентов опросной компании. Это сейчас удаленная работа развита достаточно хорошо, и можно сконцентрироваться на интересующей тебя области: тексты, дизайн, психология и так далее. В 2000-х такого разнообразия не было, и приходилось хвататься за любую возможность. Зато подобные «скитания» позволили мне здорово прокачать мои коммуникативные навыки. Все же, когда ты передвигаешься в инвалидной коляске и при этом живешь на четвертом этаже пятиэтажки, круг общения у тебя весьма ограничен, да и возможностей для личностного роста не так уж много. И такая постоянная смена деятельности давала мне неоценимый опыт: каждая предыдущая подработка помогала легче справляться с новой задачей, понимать, что и как выстраивать в рабочих процессах.
Но все же вы решили сконцентрироваться на работе со словом, даже окончили Литературный институт. Почему выбрали именно это учебное заведение?
Все получилось, можно сказать, случайно. Сразу после школы поступить не удалось: плохо справилась с вступительным изложением. Но уже месяца через два неожиданно для себя стала писать небольшие рассказы-зарисовки. Через год представила их на конкурсный отбор в Литературный институт, успешно прошла его и меня допустили до экзаменов. Поступала, кстати, на общих основаниях: об инвалидной коляске комиссия узнала непосредственно на экзамене.
После института шутила, что стала дипломированным дворником: в 2008 году не особо верилось, что литературный сотрудник в инвалидной коляске будет кому-то нужен. Но судьба решила иначе. Сегодня работа со словом — это для меня все: профессия, увлечение, призвание, жизнь. Текст — это же не просто совокупность букв и знаков. Это, по сути, все, что нас окружает. Посты, письма, объявления, договоры, инструкции, надписи на табличках, сообщения в чатах и т. д. — все это текст. И от того, как он написан, зависит очень многое: поймут тебя, поверят или пройдут мимо, получится договориться или всё сломается на первом же письме. В общем, слово — это гораздо больше, чем просто красивый слог.
Спустя какое-то время после окончания института я устроилась в журнал Forbes: сначала модератором, а через год меня перевели в отдел корректуры сайта. В журнале на мою инвалидность никто не обращал внимания. Я ведь всегда работала дистанционно: когда задачи выполнены, нареканий нет, работодателю не важно, присутствуешь ли ты в офисе или находишься на удаленке.
В 2016 году знакомая прислала пост о том, что ищут людей с инвалидностью для нового проекта. Я решила попробовать и подала заявку, прошла видеособеседование и начала работать в Everland.
Какие задачи вы решали в Everland на первых порах? За счет чего удалось дорасти до проектного менеджера?
Все началось с обучения. Руководство организовало для новичков курсы с классными специалистами по контенту. Одним из заданий было создать комикс о людях с инвалидностью. Помню, я одна из нашей группы не побоялась взяться за его написание, хотя нервничала изрядно. Сегодня комикс переведен на три языка. Вот уже 10 лет он живет и помогает людям с инвалидностью и без легче находить общий язык.
Позже появились и другие задачи: редактура текстов, написание курсов, SMM, создание презентаций, работа с крупными партнерами…
Наверное, как мне удалось дорасти до проектного менеджера, лучше всего иллюстрирует программа «Эстафета успешности» (федеральная просветительская программа для молодых людей с инвалидностью, реализуемая при поддержке «Магнит», АСИ и Минобрнауки РФ). Сейчас я проектный менеджер этой программы и управляю работой целой команды, но изначально я была лишь сотрудницей, но активно ввязывалась в задачи: надо организовать работу волонтеров — давайте попробую; провести брифинг со спикерами — хорошо, подскажите, с чего начать; делать контент для сайта или соцсетей — я в теме.
Да, было страшно. Всегда неуютно пробовать новое, брать на себя ответственность за результат, особенно если речь идет о непривычном для тебя деле. Но без этого рост невозможен, собственный дискомфорт — это цена за повышение в будущем. После первого года программы в Москве меня пригласили проектным менеджером уже на работу в регионы.
Считаю, что этот принцип «Не бойся — пробуй, выкладывайся на 100 процентов» работает во всех направлениях. Нет ведь волшебной таблетки: съел — и ты директор. Только желание и планомерный труд приводят к результату.
В чем заключается работа проджект-менеджера в Everland? Что для вас самое сложное?
Проджект-менеджер в Everland — это организатор, человек, который ведет и контролирует какое-то направление или проект/проекты. Словом, создает основу для рабочего процесса. В обязанности такого специалиста входит: постановка задач команде, контроль за соблюдением дедлайнов, ведение отчетности. Самое сложное, наверное, — ничего не забыть, всегда держать фокус на задачах. Любое направление и проект состоят из мелких деталей (задачек, этапов, результатов), и очень важно видеть картину целиком и не терять запчасти.
Зато так приятно наблюдать, как проект развивается, обретает свои очертания и достигает своей цели. Наверное, это как вырастить дерево, только в ускоренном режиме. Если ствол — сам проект, то новые веточки — это его результаты. Ты прямо видишь, как под руками растет крона, распускаются цветы, зреют плоды, и очень круто понимать, что ко всему этому ты причастен. Что вон то большое, красное яблоко — результат твоих усилий.
Вы занимаетесь организацией «Школ координаторов и менеджеров инклюзивных проектов». Расскажите о них подробнее.
На школах координаторов и менеджеров инклюзивных проектов (реализуется при поддержке Ассоциации Форума доноров, конкурса «Сильнее вместе» и Фонда президентских грантов) мы будем готовить не просто «людей со знаниями об инклюзии», а специалистов, которые умеют доводить проекты до результата. Когда человек приходит работать в НКО, в бизнес или в социальный проект, ему нужны конкретные знания: как поставить задачу, чтобы ее поняли; как составить план и не сорвать сроки; как договориться с партнером; как заметить риск и вовремя о нем сообщить; как выстроить коммуникацию с людьми с разными потребностями. Этому редко учат в вузах и почти никогда — на коротких курсах.
Наши школы закрывают этот пробел. Мы дадим участникам практические инструменты: мини-брифинг, план задач, алгоритм реакции на проблему, правила фиксации договоренностей. И главное — мы научим действовать в реальных рабочих ситуациях, а не «загрузим» теорией.
Еще один важный момент — системность. Школа координаторов даст базу: как устроен проект, как работать с командой и участниками. Школа менеджеров — следующий уровень: как управлять проектом целиком, работать с рисками, ресурсами и результатом. Вместе они формируют целостное понимание: от идеи до запуска и оценки.
И, конечно, наш проект про сообщество. Участники знакомятся, обмениваются опытом, находят друг друга. Это тоже результат, который сложно измерить, но он очень ценен.
Кому может быть полезно обучение в этих школах?
В первую очередь тем, кто уже работает с инклюзивными проектами или только планирует войти в эту сферу, но чувствует, что не хватает практических навыков. Это могут быть координаторы проектов, сотрудники НКО, менеджеры социальных программ, специалисты по КСО (корпоративной социальной ответственности), представители бизнеса, которые хотят выстроить инклюзивный наем или сделать сервисы доступнее.
Школы будут полезны и тем, кто пока не работал в инклюзии, но хочет попробовать. У нас нет жестких требований к опыту: программа построена так, чтобы человек без опыта работы в данном направлении понял, как устроена эта сфера и что нужно делать. Но и опытным специалистам будет чем заняться: мы разбираем реальные кейсы, сложные ситуации и инструменты, которые можно сразу применять.
Конечно, мы ждем руководителей и тимлидов. Им школы помогают понять, как выстраивать процессы, как распределять задачи с учетом особенностей команды и как создавать среду, в которой людям комфортно работать.
Отдельно скажу про людей с инвалидностью. Для них это возможность не только получить новые навыки, но и увидеть, что их опыт востребован. Наши школы открыты для людей с разными видами инвалидности, и это важно: инклюзия начинается не с теории, а с того, что каждый чувствует себя частью процесса.
В чем особенности работы именно над инклюзивными проектами?
Инклюзивный проект — это не просто проект, где участвуют люди с инвалидностью. Это проект, в котором доступность и включенность заложены с самого начала, а не добавлены потом как отдельная опция. Здесь важно учесть сразу несколько важных моментов:
Первый — доступность как норма, а не как дополнение. В обычном проекте можно сначала сделать продукт, а потом подумать, как его адаптировать. В инклюзивном так не работает. Если ты планируешь мероприятие, сразу нужно думать: будет ли перевод на РЖЯ (русский жестовой язык), доступна ли площадка, понятна ли навигация, смогут ли люди с разными потребностями добраться и участвовать. Это меняет логику работы: ты не исправляешь потом, а проектируешь сразу с учетом потребности всех людей.
Второй — разные потребности в одной команде. В инклюзивном проекте рядом работают люди с разным опытом и разными возможностями. Кто-то не слышит, кто-то не видит, кому-то нужно больше времени на дорогу или на восприятие задачи. Это не «проблема», которую нужно решать, а реальность, которую нужно учитывать. Координатор должен уметь выстраивать коммуникацию так, чтобы всем было удобно: писать письма, а не только звонить; делать материалы доступными для скринридера; проверять, понял ли человек задачу, и не стесняться переспросить.
Третье — больше участников и больше ответственности. В инклюзивном проекте часто задействованы не только сотрудники, но и волонтеры, эксперты, партнеры, сами люди с инвалидностью и их близкие. У каждого свои ожидания, свои ограничения и свои сильные стороны. Координатор должен уметь договариваться со всеми и следить, чтобы никто не остался в стороне.
Четвертое — двойной результат. В обычном проекте главное — это продукт или услуга. В инклюзивном результат — это еще и изменения в людях и в среде. Кто-то впервые почувствовал себя частью команды. Кто-то понял, что может работать. Кто-то изменил отношение к инклюзии. Это не всегда видно в цифрах, но это важно.
И, наверное, главное: работа над инклюзивным проектом требует не только навыков, но и определенной оптики. Нужно уметь видеть барьеры, которые другие не замечают. Нужно не бояться задавать вопросы. Именно этому мы и учим в школах.
А что вы ждете от «Школ координаторов и менеджеров инклюзивных проектов»?
Я ожидаю несколько уровней результата — и они для меня одинаково важны.
Первый уровень — практический. Участники должны выйти с конкретными инструментами: мини-брифом, планом задач, алгоритмом реакции на проблему, умением фиксировать договоренности. Чтобы на следующий день после занятия они могли открыть свой проект и применить это в работе. Не «я теперь знаю, что такое инклюзия», а «я знаю, как поставить задачу, чтобы ее поняли» и «я умею заметить риск и вовремя о нем сообщить».
Второй уровень — профессиональный. Хочу, чтобы после школ люди чувствовали себя увереннее в роли координатора или менеджера. Чтобы они не боялись брать на себя ответственность, задавать вопросы, предлагать решения. Чтобы понимали, что координатор — это не «винтик», а человек, который связывает всех и помогает проекту двигаться. И чтобы эта уверенность была не на пустом месте, а подкреплена реальными навыками.
Третий уровень — командный и про инклюзию в широком смысле. Очень хочу, чтобы участники научились работать в команде и с партнерами так, чтобы никто не оставался в стороне: умели договариваться, слышать друг друга, учитывать разные потребности. Чтобы они вынесли главное: инклюзия — это не про жалость и не про «особых людей», а про систему, в которой каждому есть место.
И еще один результат, который сложно измерить, но он для меня самый важный. Я хочу, чтобы у участников появилось ощущение: «Я могу». Не «я все знаю», а «я знаю, с чего начать, и у меня есть инструменты, чтобы двигаться дальше». Именно это ощущение, на мой взгляд, и делает человека специалистом.
Автор: Наталья Белова.