«Как она может быть главным бухгалтером? Она же на коляске!»

Наталья Шмелева, 42 года, Москва, бухгалтер, заболевание СМА, передвигается на инвалидной коляске

История про то, когда человек на коляске – сотрудник офиса.

Зачастую, когда в коллективе появляется работник с инвалидностью, сотрудники относятся к нему настороженно и не знают, как себя с ним вести. К тому же, всё ещё жив расхожий стереотип, что если человек на инвалидной коляске, то вполне возможно, что у него не только проблемы со здоровьем, но и с психикой. Я уж не говорю про людей с теми формами ДЦП, для которых характерен дефект речи и нарушена координация движений.  Конечно же, глупость несусветная, но к сожалению, предвзятое отношение в этом случае имеет место.‌

Помню, когда я пришла работать в клуб, многие думали, что меня взяли на работу по знакомству. Мне было 27 лет, я передвигалась с помощью инвалидной коляски и у меня в подчинении имелось три человека, которые были значительно старше меня. Катерина, одна из сотрудниц из бухгалтерии смежной фирмы в лоб спросила моего директора: «Как она может быть главным бухгалтером? Она же на коляске!»  Директор на это ответил: «Да, на коляске. Но мозгов больше, чем у тебя».

Эту историю Катя мне рассказала спустя какое-то время сама на одном из очередных совместных корпоративов с комментарием: «Я же думала, что ты обычный инвалид, а ты классная. Давай дружить?» На этом тема моих умственных способностей была закрыта, но это яркий пример отношения стигматизированного общества к людям с инвалидностью.

В первую очередь, люди видят инвалидную коляску, а уже потом ‒ человека. Доходит до того, что в общественных местах посторонние обращаются с вопросом, касающимся меня, не ко мне, а к сопровождающему. А если я одна, то в той же поликлинике у меня неоднократно спрашивали: «А где Ваш сопровождающий?» В ответ всегда хочется спросить: «А Ваш где? Мне 40 лет, зачем мне сопровождающий?» Но врожденная вежливость чаще всего перевешивает и я лаконично отвечаю: «Я одна».

В принципе, все мы обычные люди, и если нам хочется к себе равного отношения в коллективе, то не стоит ставить свою инвалидность во главу угла. Не нужно злоупотреблять больничными и дополнительными выходными, лишь на основании того, что я ‒ инвалид, а значит, мне должны. Руководитель может усомниться в необходимости часто отсутствующего подчиненного. На работе, в первую очередь, я ‒  сотрудник, просто с рядом физических ограничений. Достаточно изначально обозначить, в чем мне понадобится помощь. Мне требуется физическая помощь, чтобы преодолеть лестничные ступеньки, но каких-либо особых правил при общении со мной не имеется.

Просто есть общие правила, которых стоит придерживаться: не передвигать меня с инвалидной коляской, не спросив об этом.  Крайне не люблю такую форму «передвижничества», я ‒ не вещь. Не опираться на коляску, т.к. это мое личное пространство. И если хотите помочь, то предварительно спросите, как это сделать. Иначе вместо помощи можно запросто навредить. Как пример, практически всегда, когда требуется приподнять мою коляску, люди берутся за съёмные детали, подножки и подлокотники. В итоге детали отдельно, коляска отдельно, соответственно, я тоже отдельно.

У моей подруги диагноз ДЦП и она работает бухгалтером в районной администрации в поселке.  Бывает, что коллеги в разговоре с ней что-то не понимают, т.к. у нее небольшой дефект речи и переспрашивают. И это абсолютно нормально и никто не обижается. На этом все особенности общения с ней заканчиваются, хотя поначалу коллеги немного сторонились ее.

Обычная человеческая реакция на все непонятное, не стоит воспринимать ее агрессивно. К тому же, хоть и с трудом, но общество меняется и людская зашоренность остаётся в прошлом. И в этом есть и наша заслуга. Своим поведением мы показываем, что нас не надо бояться, что мы вполне адекватные личности и с нами можно вести конструктивный диалог. И не требуется каких-то особых правил и усилий для общения с нами. Мы не кусаемся, правда.

Scroll Up